1.
Исходное часто встречающееся определение: Масса в социологическом смысле — это такое скопление людей, в котором отдельная личность перестаёт действовать как самостоятельный субъект. Под влиянием окружающих люди начинают чувствовать, мыслить и действовать схожим образом. Их охватывает общее настроение, общее возбуждение. Самообладание ослабевает, внутренние ограничения исчезают, и то, что в повседневной жизни кажется невозможным или недопустимым, вдруг становится нормой. Как говорил Карл Юнг, в таких ситуациях будто бы пробуждается и возвращается к жизни первобытный человек — тот, кто живёт эмоциями, импульсами, а не разумом.
Критика исходного определения: Чтобы согласиться с этим определением, мы должны принять как аксиому идеальный тип «отдельной личности»: а) До встречи с массой она была самостоятельна — быть конформистом её заставила «толпа», б) Пресловутая личность сформирована собственной волей под руководством рассудка, без всякого участия эмоций, и только толпа пробудила в ней эмоции и подавила рассудок.
2.
Можно ли понятие массы приложить к самым ранним формам человеческой общности — семье, стаду, клану, родовой группе? Нет, потому что в этой среде отсутствует анонимность человека. Все члены первобытной группы сосуществуют в пространстве личных связей, личного знакомства.
В этих структурах все знают друг друга, отношения основаны на личной связи, памяти, взаимных обязательствах. Здесь нет анонимности, нет обезличенности — каждый в группе включён в сеть конкретных ролей: отец, мать, вождь, младший, старший, покровитель, подопечный. Даже если власть осуществляется строго, она воспринимается не как внешнее давление, а как часть устойчивого порядка, в котором каждый занимает своё место.
Управление в таких сообществах — это не командование массой, а распределение силы и авторитета между теми, кто лично знаком. Старшие управляют младшими, мужчины — женщинами, старейшины — молодыми. И даже если здесь присутствует неравенство, оно вплетено в ткань повседневных отношений. Нет дистанции, характерной для управления «незнакомцами».
3.
Момент рождения массы как социального явления — это не просто исчезновение родственных или соседских связей. Это сложный исторический поворот, в котором коллективность перестаёт быть органичной и переходит в область опосредованных форм. Здесь действительно проявляются две линии развития.
Первая — это создание устойчивых коллективов, где незнакомые друг другу люди объединены через посредников: институты, нормы, должности, общие правила. Это может быть армия, завод, бюрократическая структура, политическая партия, школа, государство. Такие коллективы требуют дисциплины, роли, формальной идентичности. Они строятся на длительном взаимодействии и включают человека в систему, где важны не личные качества, а функции. Эти объединения можно назвать структурированной массой: это уже не сообщество в традиционном смысле, но и не толпа в чистом виде. Это масса, оформленная и подчинённая порядку.
Вторая линия — это рождение неструктурированной, анонимной, «горячей» массы. Её не связывают ни институты, ни должности, ни долгосрочные обязательства. Она возникает стихийно: на митинге, на вокзале во время паники, на стадионе, в городе, охваченном тревогой или восторгом. Здесь нет иерархий, нет функций, нет внутреннего порядка. Зато есть мощное эмоциональное заражение, общая направленность, моментальное объединение. Такая масса живёт не по правилам, а по импульсу, она спонтанна и непредсказуема.
Различие между этими двумя формами — принципиальное. Структурированная масса — это организованное множество, вписанное в рамки. Она может быть контролируема, дисциплинируема, воспроизводима. Неструктурированная масса — это живой поток, энергия без границ. Она может вспыхнуть и исчезнуть, она может объединить и разрушить, она не требует длительного основания.
Таким образом, масса — не единый феномен. Она существует в разных состояниях. Её можно вылепить в форме армии или гражданского общества, можно встроить в заводскую систему или в государственную машину. Но можно и столкнуться с ней как с волной, как с пульсом времени, как с чем-то, что невозможно ни организовать, ни удержать. Это — двойственная природа массы: между порядком и стихийностью, между институциональной формой и живым возбуждением момента.
4.
До появления массы в современном смысле действительно существует важный промежуточный этап — формализация коллективной жизни. После эпохи кланов, родов и малых общин, где все знают друг друга, иерархия основана на личных связях, человеческие объединения начинают расти количественно и усложняться. Тогда возникает необходимость в новых формах сплочения — таких, которые бы позволяли управлять уже не знакомыми, а незнакомыми людьми. Именно здесь и появляется институт.
Племя, царство, город-государство — это уже коллективы, где нельзя полагаться только на родство или личную память. Здесь возникает формализованная структура: законы, суды, армия, жрецы, правила наследования, налогообложение. Всё это — попытка скрепить воедино большое число людей, которые больше не связаны кровным родством, но должны действовать согласованно. Институты становятся своеобразными прокладками, посредниками между незнакомцами. Они создают общее пространство взаимодействия: ты не знаешь другого человека лично, но вы оба подчиняетесь одному закону, принадлежите одной политии, одной религии, одному порядку.
Особенно ярко это видно на примере Рима. До определённого момента он был полисом, городом, где структура власти ещё во многом опиралась на кланы, патрицианские фамилии, личные обязательства. Но по мере расширения границ Рима происходит переход к другому состоянию: теперь империя охватывает множество народов, языков, культур. Удержать такую конструкцию можно только с помощью институциональных механизмов — права, армии, налоговой системы, бюрократии, культа императора. Иными словами, Рим становится пространством незнакомцев, объединённых не личной связью, а общим порядком. Это ещё не масса, но уже не клановая община. Это дисциплинированное, управляемое множество, скреплённое сверху.
Такая форма коллективности предполагает вертикальное управление: дисциплина, субординация, централизованный контроль. Это государственная форма организации незнакомых людей. Люди действуют вместе, но не потому, что друг друга знают, а потому что вписаны в одинаковые рамки: «гражданин», «подданный», «солдат».
Только тогда, когда эти рамки начинают разрушаться — под давлением изменений, кризисов, ускорения истории, — возникает феномен массы: неорганизованного, анонимного множества, освобождённого от прежней дисциплины, но ещё не включённого в новую. Масса рождается из бывших структур — как их продолжение и как их распад.
Они не знают друг друга, но чувствуют общее возбуждение, общее движение. Их объединяет не память, а момент. Не происхождение, а настроение.
Так происходит рождение массы — из разрушения прежних форм близости и замены их ситуациями анонимного сосуществования. Это не просто новое численное состояние общества. Это качественное изменение: от сообщества, где все встроены в личные связи, к скоплению, где люди лишены устойчивых ролей и могут быть охвачены общим порывом.
Таким образом, масса — и есть то новое, что требует уже не распределения силы между знакомыми, а управления анонимным, движущимся, эмоционально заряженным множеством.
5.
Человек, оказавшись в толпе, не превращается сразу в существо без памяти, морали или воспитания. Он по-прежнему носитель социальных норм, привычек, внутренней дисциплины. Но эти нормы действуют не сами по себе, а в контексте. Он может хотеть чего-то — осуждать власть, желать перемен, испытывать гнев — но остаётся в рамках, пока нет внешней санкции, пока нет разрешающей среды. Такой санкцией часто становится масса: именно она создаёт ощущение, что теперь можно. Что действие, казавшееся невозможным в одиночку, становится допустимым, а то и необходимым — среди других.
Это и есть главная сила неорганизованной массы: она снимает ограничения, заменяя собой привычные институты. В обыденной жизни человек сдерживается школой, семьёй, полицией, общественным мнением. Но когда он оказывается в толпе, он чувствует себя частью другого порядка. Здесь уже не важно, кто ты по паспорту, где работаешь, в чём веришь. Здесь главное — то, что чувствуют и делают все. Масса становится новой нормой. Она действует как коллективный анонимный институт — незаметный, но могущественный. Её не нужно подписывать указом, но она задаёт правила, которым подчиняются.
Особенно ярко это проявляется в революционных ситуациях. На улицы выходят не организованные армии, а отдельные люди, объединившиеся в силу общего возбуждения. У каждого — своя история, свой порог терпения, но решающим становится не личное побуждение, а присутствие других. Толпа даёт разрешение: «Ты не один». И в этом «не один» растворяется страх, распускаются старые правила, появляется возможность действовать.
Анонимная масса становится условием рождения нового. Она разрушает прежние формы — политические, моральные, социальные — и на её волне могут возникнуть новые структуры. То, что сначала было временным всплеском, может оформиться в организацию, движение, партию, новое государство. Масса — это переход. Она не просто хаос. Это момент, когда внутреннее напряжение людей — до того бессильное — находит коллективную форму. И в этой форме рождается нечто, что спустя время будет названо историей.
6.
Толпа и масса — это особые формы человеческого множества, в которых исчезают привычные структуры близости, родства, институциональной дисциплины. Они возникают не по долгу, не по обязанности, а по случаю. Это соединение незнакомцев, собравшихся вместе на волне общего переживания, момента, импульса. И именно в этой спонтанности, кажущейся бесформенности, скрыт глубокий ресурс.
Масса — не хаос, но ещё и не порядок. Это промежуточное состояние, в котором старые связи уже не действуют, а новые ещё не созданы. Она напоминает материал до лепки, потенцию до актуализации. Именно в этом состоянии возможны радикальные повороты: разрушение привычного и формирование неизвестного. Масса — это не результат, а процесс. Это не итог формы, а пространство её становления.
Подобные состояния известны не только в обществе, но и в природе. Современные теории самоорганизации показывают, как сложные формы могут возникать из взаимодействий между простыми элементами. Рой птиц, стая рыб, облако насекомых — всё это примеры коллективного поведения, где нет дирижёра, но есть ритм, направление, целостность. Ни один участник не знает всей структуры, но она тем не менее возникает — как результат множества локальных взаимодействий. Такое поведение называют эмерджентным: оно появляется на уровне целого, но не задано частями.
Масса в человеческом обществе ведёт себя порой аналогично. Каждый человек — как часть стаи — действует, реагируя на других, на настроение, на движение. Возникает синхронизация, общая воля, единый жест. Это поведение не может быть выведено из качеств отдельного индивида. Оно рождается между ними, в пространстве их соприкосновения.
Физика даёт ещё одну яркую аналогию — фазовые переходы. Вода, замерзающая в лёд, или превращающаяся в пар, проходит через пограничное состояние. Это переход — не просто смена формы. Это особое состояние вещества, в котором сосуществуют старое и новое. Именно в этих промежутках система особенно чувствительна, нестабильна, способна на внезапную перестройку.
Масса в момент исторического напряжения — это общество на границе фазового перехода. Оно больше не может быть прежним, но ещё не знает, чем станет. Именно тогда возможны революции, всплески, крахи и рождения нового. В этом смысле масса — не «провал» в структуре, а её потенциальный источник. Она — как перегретый пар, готовый к конденсации. Или как разжиженная порода перед извержением.
Такой подход позволяет по-новому взглянуть на феномен толпы и массы. Не как на патологию общества, не как на угрозу порядку, а как на его внутреннюю границу. На место, где энергия ещё не обрела форму — но именно поэтому готова создать её.
Итог
Масса — это социальное скопление людей, возникающее в результате исторического перехода от форм общности, основанных на личных связях (семья, клан, род), к коллективам, где преобладает анонимность. Это явление качественно отличается от прежних сообществ. Масса существует в двух основных состояниях:
Структурированная, формализованная, официальная, «холодная масса»: организованное множество незнакомых людей, объединенных через посредников, таких как институты, нормы, должности, общие правила (например, армия, завод, государство). Здесь важны функции, дисциплина и формальная идентичность, а управление осуществляется вертикально, путем централизованного контроля. Это уже не традиционное сообщество, но и не чистая толпа. Человек, являясь конформистом по отношению к такой массе, чувствует дисциплину и власть порядка, принимая эту не-свободу как осознанную необходимость в обмен на стабильность и выгоды, либо как гнёт.
Неструктурированная, неформальная, неофициальная «горячая» масса (толпа): стихийно возникающее скопление незнакомцев, не связанных институтами, должностями или долгосрочными обязательствами. Она характеризуется мощным эмоциональным заражением, общей направленностью и моментальным объединением. В такой массе ослабевает самообладание и исчезают внутренние ограничения, делая допустимым то, что в повседневной жизни кажется невозможным. Индивид перестает действовать как самостоятельный субъект, его поведение становится схожим с окружающими. В этой форме масса действует не по правилам, а по импульсу, она спонтанна и непредсказуема. Она выступает как коллективный анонимный институт, снимающий ограничения и создающий новую норму поведения. В толпе человек чувствует свободу — освобождение от диктата официальной массы.
Момент рождения массы как социального явления связан с разрушением прежних форм близости и заменой их ситуациями анонимного сосуществования. Масса – это не хаос, а промежуточное состояние между старым и новым порядком. Она является потенциальным источником новых структур, позволяя внутреннему напряжению людей найти коллективную форму. Аналогично фазовым переходам в физике, масса представляет собой общество на границе изменений, способное к радикальной перестройке.
Вся история есть чередование холодной и горячей фаз массы. Культура и цивилизация - охлаждённая масса, но условие их рождения - горячая масса.
